Я влюбилась в Швецию в 2005. В скалы, которые чувствуют доминантное положение относительно домов и прочих построек, в бесконечную воду, в уютную архитектуру Петроградки и в высоких красивых людей. Светлые волосы, прозрачные холодные глаза, высокие скулы, смутные улыбки, словно отражения в северной воде. В их глазах цвета моря, которое обнимает город со всех сторон, читается равнодушие и отстраненность. Я не знаю, как любят шведы, но, наверное, это чувство можно познать, только если родился с северными ветрами в ДНК.

Я влюбилась в шведа в 2012. Светлые волосы, голубые глаза, улыбка, сползающая за воротник. Он был как из сериала “Мост”. Скандинавский нуар, парадокс логики и бесшабашности. Когда мы познакомились, ему было столько лет, сколько мне сейчас. Мне казался он таким взрослым и сложившимся, теперь я знаю, что в его голове был абсолютный хаос. Absolut, как говорят, шведы.

Роман не сложился, но украл у меня пару лет жизни, закрутил мозги и нервы в плотный колтун депрессии, подарил множество неприятных открытий о себе и мире, и в конце отрезвил, как холодные воды, омывающие Стокгольм.

Каждую осень стокгольмский синдром бьет по венам. Пальцы нетерпеливо листают рейсы, чтобы улететь сразу же и не ждать. А там пойти в лес в центре города, дышать мхом и счастливо улыбаться навстречу непрекращаюшемуся дождю и муми-троллям, чьи хвосты нет-нет мелькают в кустах. А еще останавливаться, как вкопанная в переходе в метро, и провожать взглядом очередную шведскую сосну – 190, небрежно (на самом деле нет) зачесанный блондинистый вихор набок, пальто, шарф, джинсы на упругих бедрах и взгляд без адреса. У шведов очень красивые ноги. Лыжи? Палки? Генофонд?

В этот приезд я впервые включила в Стокгольме тиндер. Я листала картинки, как каталог Икеи: красивые северные лица, прямые носы, глаза всех оттенков воды и обязательные свитера. Мне не хотелось лайкать, мне хотелось, чтобы этот парад шведских сосен не прекращался. Но все же я начала свайпать вправо и выяснилось, что шведским мужчинам нравлюсь я. Они писали мгновенно. Всегда на шведском. Спрашивали, что у меня было на завтрак. Такие они шведы – они уютят даже сообщениями.

Когда моя лучшая половина переехала в Швецию, я поняла, что все неслучайно. Маня выучила шведский, мимикрировала под местных, полюбила лес за окном и лес в головах шведов, когда те внезапно останавливаются посередине запруженного тротуара и смотрят куда-то в небо. Подозреваю, что связь с природой у скандинавов сильнее, чем у кого-либо другого, ведь это именно они заключили мировую со скалами и делят территорию Стокгольма почти пополам.