Я городская девчонка. Деревня моего детства – уютная старая финская дача. Коровники на въезде в коттеджный поселок под Петербургом, в которых я так никогда и не бывала. Дикие животные того поселка – распоясавшиеся путинские олигархи и бесконечные котята, которых я находила в заброшенных домах и таскала домой. 

Как человека далекого от живой природы, одомашненный скот всегда вызывал фонтаны эндорфинов. В путешествии по Исландии я гонялась за овцами по камням, предсказывающим вывихи. В Грузии я гладила свою лошадь так много, что пропустила геройское падение приятеля в горный поток.

Смешные пятачки у свинок, толстенькие бочка у коз, замедленные восьмерки тяжелыми коровьими мордами. Когда въезжаешь в австрийский Тироль, одновременно врубается саундтрек огромных Milka колоколов на шеях картинных коров. Достаточно посмотреть на солнце чуть дольше и вот они уже покрыты фиолетовыми пятнами и дают шоколадное молоко.

Когда я была в Лондоне в 2014 в Сэнт Джеймс парке независимый пеликан отчаянно слюнявил мой кроссовок. Маленькая опушка на его макушке – самый нежный троганный мной мех. Белки-колобки в том же Лондоне рассказали о различиях в уровне жизни в беличьем мире. В Петергофе у белок вытянутые тела. 

На пятый год жизни в Берлине со мной поравнялась элегантная лиса-горожанка, неспешно прогуливающаяся по Митте, и равнодушно свернула во двор к самым роскошным квартирам района. Затем во время ночной прогулки мы встретили еще одну в двух шагах от моего дома. Я вцепилась в рукав британца и перешла на ультразвук. Настоящий чернобурый лис с хвостом-трубой и черными изящными лапами. 

На Майорке мы остались наедине с природой. Ближайший микро-городок, опоясанный созвездием супермаркетов в 15 минутах езды. Мы делили пространство с бесконечными котами и одичавшими курицами. Коты оказались с одного бока дикими – пожирая авокадо, помидоры и хлеб с гремлинским вожделением, а с другого совсем домашними, трубно урча и подставляя живот для почесать. 

Курицы поставляли яйца для воскресных блинов и два выводка цыплят для эндорфиновой комы. Мы ходили по утрам считать пушистые комочки и искать улики для расследования о задушенных цыплятах. Соседство с парой десятков кошек – не самый спокойный район в цыпляторейтинге.

По дороге к морю мы видели зайцев и куриц на высоте 12 метров, бодро перелетающих с ветки на ветки. Но особенно я ждала павлина. В описании виллы на Airbnb павлин был упомянут отдельной строкой. Недели шли, а вместо жар-птицы смазанная фотография на зуме в телефоне британца. И вот однажды, медленно выпекаясь возле камина, я повернула голову к двери и за ней стоял он. Прижавшись клювом к стеклу павлин смотрел мне прямо глаза. Выждал пару секунд пока растрескавшееся от счастья лицо обретет снова форму и я отчаянно зашиплю британцу в соседнюю комнату, ЧТОБЫ НЕМЕДЛЕННО НЕССЯ СЮДА. Павлин гордо обернулся вокруг оси и зашагал к бассейну. Возле бассейна замер, чтобы фотография вышла четкой, мощно покакал и ушел восвояси. 


Показать, что вам очень нравится то, что я пишу: Become a Patron!